Гора уж к Магомету не придет,
Похоже, в этом больше нет сомнений.
Как Магомет просил! Но горный лед
Не растопился от его молений.
"Смиренья нет,-подумал Магомет,-
Конечно, у меня, не у Горы же!
Гора права, ведь ей немало лет,
Я ж молод, глуп, и многого не вижу.
Зачем Горе к такому приходить?
Она в долине сей стоит по праву
Ведь у нее внутри огонь горит,
И греет он, не извергая лаву.
А я - всего лишь грешный Магомет,
Все в чудо верю, сам себя ругая,
До просьб моих ей дела вовсе нет,
Хоть я уж от мольбы изнемогаю..."
И до Горы доплелся Магомет,
И ниц упал, коленопреклоненный,
Сказал: "Прости, Гора! Сил больше нет,
Просить я недостоин, несмиренный.
Не осуди, коль воля в том твоя,
А хочешь в печь поставить- я готовый,
Что жарко в ней - виновен только я,
Ведь то горят страстей моих оковы.
В моем поклоне - гордости шипы,
И хоть разбейся о твое подножие,
Шипы унылой, ропщущей мольбы
Впиваются под сердце,будто в ножны.
Но ты, молю, об этом не скорби,
Моя гордыня - за нее отвечу.
Я знаю, ты полна ко мне любви,
А я ничтожно малый человечек,
И не могу величия снести,
Что огнь сердечный твой легко дарует.
Прости меня. Пожалуйста, прости.
Я понимаю...Больше просьб не будет..."
Гора вздохнула тихо: "Боже мой!"
И над долиной глас ее раздался:
"Ну, что, скажи, поделаешь с тобой?
Приду к тебе. Не зря ж ты так старался!"
|
